Феминолэнд. Часть 1. Глава 1. Параллельный мир

Пятница. Сегодня мы всем коллективом пошли бухать. Начали, как обычно, с баночки пива, когда вышли из офиса и добрели до ближайшего ларька. Затем засели в баре и выпили водки. После чего пошли в ночной клуб. Там я напился до свинского состояния. В таком состоянии бабу снять мне не удалось. Поэтому ночью пришлось дрочить. При этом я представлял, как та блондинка в джинсовке, которую я видел в баре, тащит меня за волосы, затем бьет кнутом, после чего пристегивает к батарее и бьет. Такие фантазии очень сильно возбудили меня. Надев свои дрочильные штаны, я лег на кровать и стал сильно ерзать, при этом воображая, как та же самая блондинка тушит об меня зажженную сигарету. Затем, в моем воображении к девушке присоединилась другая девушка, которую я видел в том же баре. Она была одета в розовую кофту и джинсы. Обе стали запинывать меня. Затем схватили за волосы и поволокли по дороге, усыпанной острыми камнями. Затем снова стали запинывать. Потом закурили и потушили сигареты об меня. После чего блондинка достала нож и перерезала мне горло. В этот момент я кончил.
Когда поднялся с кровати, увидел, что в кресле напротив сидит зеленый человек с антеннами на голове. Вот ничего себе. Неужели я так надрался, что у меня глюки.
— Ну, чего смотришь, радуйся, — сказала он, — сбылась твоя мечта.
— Ты кто? – испуганно спросил я.
— Я прилетел с Сириуса, — ответил он, — мы тут проводим эксперимент: случайно выбираем землянина и отправляем его в тот мир, который ему больше всего подходит. Естественно, с его согласия. Если ему там не понравится, то отправляем обратно. Правда, вернутся еще никто не изъявлял желание. Наш суперкомпьютер подбирает миры идеально.
— А вам то это зачем? – задал я очередной вопрос.
— А мы наблюдаем. Нам интересно, куда забросит подопытного и как он будет себя вести. Ну, что согласен?
— Валял, — разрешил я, — переноси меня в тот мир.
— Ты уже там, — сказал инопланетянин и исчез.
Вокруг ничего не изменилось, поэтому я решил, что все это мне померещилось и лег спать.
Утром проснулся, выглянул в окно. Город вроде тот же самый. Только вот происходит там что то странное. Девушка в черной кожаной куртке и джинсах, ведет на поводке парня. Кажется, на нем строгий ошейник, так как капли крови постоянно капают ему на грудь.
Я протер глаза, пошел в ванную, умылся. Снова выглянул в окно. Та странная парочка уже ушла. Я решил, что мне показалось. И тут глянул на стену, где висела фотография очень красивой блондинки в легком светло-коричневом сарафане. Она улыбалась, в ее голубых глазах блестели задорные искорки, а шее большая цепочка из серебристых колец, левая рука украшена браслетами. Внизу надпись: наша любимая принцесса Кэтти. А под ней список правил:
1. Ты можешь смотреть на фотографию принцессы сколько хочешь. Но видеть ее настоящую имеет право только тот, кто отдан ей на съедение.
2. Нельзя никого любить, кроме принцессы. Нельзя восхищаться ничьей красотой кроме принцессы.
3. Нельзя нагло заглядываться на девушек.
4. Если ты нарушил или только захотел нарушить эти правила, немедленно сдайся на комиссию для наказания.
Вот это интересно, неужели меня действительно переместили в другой мир. Ладно, пойду погуляю, посмотрю, как тут.
Я вышел на улицу. Был яркий солнечный день. Иду по тротуару, машин в этом мире почему то нет. Прохожих очень мало, в основном это молодые люди: парни и девушки.
Мне на встречу шла блондинка с длинными волосами. Ее черное платье с белыми, зелеными и розовыми цветами колыхалось от легкого ветерка. В ушах болтались серебристые сережки. Внизу платье было расстегнуто на несколько пуговиц.
— А что это ты на меня так нагло смотришь? – спросила она, улыбнувшись белоснежной улыбкой.
— Извините, я в этом мире впервые и еще не знаю здешних порядков.
— А разве у тебя дока не висят правила?
— Висят, только мне непонятно, что значит: «Нагло засматриваться».
— Если ты знаешь, что засматриваешься нагло, значит, это так. Если девушка знает, что ты на нее нагло засмотрелся, значит, это так.
— Тоесть, я теперь должен сдаться комиссии?
— Вообще то, в нашем квадрате есть особое правило: ты сначала должен сдаться мне. А я уже выбираю: сама тебя наказать или отдать комиссии.
— Тогда я сдаюсь тебе, — обрадовано сказал я, почувствовав возбуждение и предвкушая заслуженное наказание.
— Тогда пойдем, я еще не решила, как тебя наказать.
И я пошел по улице вслед за незнакомкой.
— Меня зовут Лена, — сказала она, — а тебя как?
— Кирилл, — представился я.
— Очень хорошо, — произнесла девушка, — ты как считаешь, я красивая?
— Очень!
— Значит, ты засмотрелся на красивую девушку, это усугубляет твою вину, — вынесла Лена свой вердикт.
Мы вошли в подъезд. Поднялись на второй этаж, Лена открыла дверь, впустив меня в квартиру. С полки она достала наручники, пристегнула меня к батарее. Сидя на холодном полу, я видел ее красивые загорелые ножки в белых туфлях. Девушка подошла к телефону, набрала номер.
— Я могу записаться на прием к принцессе? – сказала Лена в трубку.
— Через четыре часа? Хорошо. Мне нужно разрешение на казнь.
Казнь? Ничего себе. Я, конечно, мазохист, но не до такой же степени…
— Не бойся, — сказала девушка, увидев мое перекошенное от ужаса лицо, — в нашем мире смерти нет. Умирая мы оказывается в Лабиринте. Мужчины там проходят наказание, а женщины развлекаются тем, что мучают мужчин. Потом мы возвращаемся обратно. Кстати, живут здесь всего около ста часов. Мужчины, как правило, меньше, потому что их часто казнят.
С этими словами она вышла из комнаты. Вернулась, держа в руках кнут.
— До встречи с Кэтти у нас еще много времени, — сказала Лена, улыбнувшись и хлестнула меня.
Ах, какой это был кайф!
Затем удар повторился, затем еще и еще. Моя рубашка порвалась, по груди потекла кровь.
— Отлично, — сказала девушка, — будешь знать, как нагло заглядываться на меня.
— Можно приговоренному к смерти последнее желание? – спросил я, когда Лена перестала бить.
— Ты еще не приговорен, но я выслушаю тебя, — ответила она.
— Я очень тебя прошу, дай мне возможность что нибудь сделать для тебя, что бы ты получила максимум удовольствия. Я не знаю, конечно, что я могу для тебя сделать. Хочешь, поцелую твою красивые ноги?
Лена схватила меня за волосы.
— Хочешь доставить мне удовольствие, мерзавец? – не то ласково, не то злорадно спросила она.
— Да, — постанывая от возбуждения ответил я.
— Ладно, так и быть, позволю вылизать языком мои туфли. Наклонись.
Я припал кубами к ее ногам, радуясь, что могу ублажить Лену.
— Языком, я сказала! – крикнула девушка, больно пнув меня в челюсть.
Я отлетел к батарей, ударившись головой о радиатор и получил еще один пинок, прямо в живот. Стал задыхаться, еще сильнее возбудившись. Каблук прилетел мне в ухо. Потом последовало несколько ударов кнутом. Лена ушла в другую комнату, но через несколько минут вернулась с солонкой и стала посыпать мои раны солью. Это был так больно, что я, кажется, кончил, потеряв сознание. Очнулся от того, что мучительница окатила меня ледяной водой.
— Ты, кажется, хотел доставить мне удовольствие? – холодно сказала она, пнув меня в живот острием туфли. Я глотнул ртом воздух и прошептал:
— Сделаю все, что ты прикажешь…
— Тогда вылизывай мне туфли.
Мой язык прикоснулся к пыльной коже ее туфли. Как это было сладко унизительно.
— Каблучки не забудь почистить, — сказала Лена, наступая мне на язык.
— Ой! – воскликнула она, — кажется, ты больше не сможешь вылизывать мне туфли, — ладно, я придумаю, как ты будешь ублажить меня.
Она все еще стояла на моем языке, а потом второй нагой наступила еще на мои пальцы, с наслаждением давя их каблуком. Потом девушка ушла. Вернулась с ключами от наручников. Отстегнула меня, сказала:
— Пойдем на кухню.
Там она дала мне в руки спички, произнеся:
— Зажги одну и не бросай, пока я не скажу.
Держать пришлось долго, Лена улыбаясь, смотрела на меня, когда огонь уже начал обжигать мне пальцы. Я с наслаждением терпел боль, видя, что доставляю удовольствие своей мучительнице.
— Давай еще, — велела девушка.
Я повторил.
— Очень забавно, — сказала Лена, — еще.
После нескольких спичек я уже не мог зажигать их – на одной руке пальцы были обгоревшие, на другой раздавлены каблучком.
Девушка зажгла газ и сказала, что бы я держал руку над огнем. Улыбаясь, она смотрела, как моя кожа заживо поджаривается.
— Жаль, что ты не вкусный, — произнесла Лена, — а то съела бы.
И тут раздался звонок в дверь.
— Наверное, это Маша, — сказала девушка и пошла открывать.
Пришла брюнетка в оранжевой кофте и коричневой юбке с мелкими белыми горошками. Ее губы были неестественно ярко накрашены кранной помадой.
— О! – сказала гостья, указывая на меня, — ты кого то поймала?
— Сам сдался, — ответила Лена, — нагло засмотрелся на меня.
— Слушай, дай мне его на полчаска помучить.
— Бери, — любезно разрешила девушка.
Маша схватила меня за волосы и выволокла на лестничную площадку. Я послушно полз за ней на коленках до ее квартиры. Там девушка закурила и стала стряхивать пепел мне на плечи, а потом затушила окурок о мою грудь.
— Ложись на пол, будешь подставкой для моих ног, — приказала Маша.
Острые каблучки впились мне в живот. Затем она прошла прямо по мне, уйдя в другую комнату. Вернулась с дымящейся чашкой кофе. Снова уселась на стул, снова впив каблуки мне в живот.
— Ты недавно в нашем мире? – спросила она.
— Да, — ответил я.
— Хочешь, расскажу тебе о том, что тут происходит?
— Да, конечно.
— Смерти здесь нет, — сказала Маша, после смерти люди попадают в Лабиринт.
— А там что?
— Там женщины развлекаются тем, что мучают мужчин. Среднее время пребывания в лабиринте: двести часов. Примерно в два раза больше продолжительности жизни. Правда, мужчины тут редко доживают до старости. И поделом им: нечего нагло засматриваться на девушек. Хочешь узнать, какие в Лабиринте мучения?
— Да.
— Попадешь – узнаешь – усмехнулась Маша, вылив на меня остатки кофе.
Она снова прошлась по мне каблуками, еще и пнув в висок острием туфли.
— Кофе попало на пол, — сказала девушка, — вылижи его языком.
Пока я выполнял ее указание, Маша несколько раз ударила меня кнутом, потом пнула. Затем она покурила, затушила сигарету о мою грудь.
— Возвращайся к Лена, — приказала Маша.
Я с радостью побежал к своей мучительнице.
— Что, Маша отпустила? – спросила девушка, открыв мне дверь.
— Да, — ответил я, падая перед ней на колени.
Она бросила мне наручники, сказав:
— Иди в комнату и пристегнись к батарее.
Сделать это оказалось невозможно, учитывая то, что остался без пальцев.
— Я тебе что сказала?! – возмутилась Лена, несколько раз пнув меня.
— Я не могу пристегнуть сам себя, — пролепетал я.
— Твои проблемы, — злорадно произнесла девушка, продолжая меня пинать.
— Ну, что ты там копаешься?! — Лена ударила меня несколько раз кнутом, при чем так сильно, что я потерял сознание.
Очнулся от того, что она снова вылила на меня кувшин холодной воды.
— Мерзавец! – сказала она, — сколько же можно быть в отключке. К принцессе пора.
— Но мне же нельзя на нее смотреть…, — робко возразил я.
— А ты будешь сидеть к ней спиной, ответила Лена, надев на меня строгий ошейник.
Острые ножи больно резанули шею, когда она резко поняла меня за собой. Я пошел вслед за своей мучительницей, украдкой бросая взгляды на ее стройные ножки, и радуясь тому, что наконец то понесу заслуженное наказание за то, что имел наглость засмотреться на эту красивую девушку.
Мы некоторое время шли по улице, затем сели на трамвай. Лена устроилась на сидение, а мне велела сесть на пол. Пока ехали, возле меня прошло несколько девушек, одна из них прошла каблуком прямо по моей руке. После этого она остановилась, плюнула мне в лицо и пнула в живот. Пока она это делала, я успел разглядеть незнакомку: русые волосы, черная коротка юбка, белые сапожки на высоких каблуках, в ушках большие белые серьги. Поверх красной блузки синяя куртка, на груди болтается серебристое сердечко на цепочке.
— Приехали, — сказала Лена, вновь потянув меня за ошейник.
Мы пришли в большое здание, где в просторном вестибюле деловито ходили туда сюда девушки в синих джинсовках или кожаных куртках. Иногда мимо проходили женщины в белых или синих блузках. Некоторые из них были в юбках, некоторые в брюках. Одна из них к нам подошла: блондинка в сером брючном костюме, из под которого проглядывала синяя блузка.
— Пленный? – спросила она, ткнув мне в бок острым каблучком.
Лена кивнула.
— Пойдем, принцесса ждет.
Мучительница провела меня куда то по коридору. Затем велела развернуться и идти задом. Через некоторое время приказала остановиться.
— Нагло засматривался на тебя? – спросил мягкий женский голос.
— Да, — ответила Лена, — Я обвиняю его по пункту 2.2.1. Прошу разрешение на казнь.
— Девушка, на которую ты засмотрелся, красивая? – спросила принцесса, насколько я понял, меня.
— Да, она очень красивая, — ответил я.
— Хорошо, — сказала Кэтти, — он действительно совершил 2.2.1, и заслуживает казни. Отдаю его тебе.
— Спасибо, — поблагодарила Лена и дернула меня за ошейник.
Предвкушая заслуженное наказание, я с улыбкой пошел за ней.
— Ну вот, скоро ты будешь в Лабиринте, — сказала Лена, — когда мы вышли на улицу.
Снова сели на трамвай, на этот раз ехали не долго. Сошли где то в парке. Там в ларьке Лена купила гвозди и молоток.
— Догадываешься, что сейчас с тобой будет? – спросила моя мучительница.
— Распятие? – предположил я.
— Догадливый…
Лена подвела меня к дереву. Я с готовностью подставил ладонь, что бы она приколотила его к ветке, сказав при этом:
— Спасибо, что назначила мне заслуженное наказание.
Она молча приколотила руку принялась за вторую. Было очень больно, но я же этого заслуживаю, не так ли? Нагло засмотрелся на такую кравшую девушку. Как хорошо, что именно она меня казнит.
Прибив руки, девушка вогнала гвозди мне в ноги.
— Жаль, что нет кнута, — сказала Лена и куда то ушла.
Мимо проходила девушка в милом черном платье, ее каштановые волосы красиво ниспадали на плечи. На правой руке красовались два браслета из белых шариков. Поравнявшись со мной, она плюнула мне в лицо.
— Так тебе и надо, — сказала незнакомка и пошла дальше. Но через некоторое время вернулась, схватила за волосы и огнем зажигалки опалила подбородок.
Когда она ушла, вернулась Лена. Она сделала тоже самое – поджарила мой подбородок зажигалкой, но при этом держала гораздо дольше. Затем точно так же обожгла руки и грудь.
— Вот так тебе, — сказала девушка.
К тому времени я уже впал в настоящий экстаз. По телу прошла волна возбуждения. Я терпел боль и радовался, мне хотелось упасть перед Леной и в благодарность целовать ей ноги, повизгивая от радости. Но увы, я не мог этого сделать. Осталось только надеяться, что когда вернусь из Лабиринта, непременно отблагодарю ее за то, что поступила со мной так, как я заслуживаю. Не знаю, правда, как, может, вылижу ей туфли языком, может, буду забавлять ее тем, что держу в руке зажженные спички и обжигаю себе пальцы. Но я непременно сделаю ей что нибудь приятное.
Лена снова ушла. Кажется, у же начал слабеть. Немножко задремал. Когда открыл глаза, увидел перед собой двух девушек с волосами жгучего черного цвета. Обе были одеты в красные платья.
— Кажется, можно его забирать, — сказала одна из них.
— Еще рано, — ответила вторая, — подождем немножко.
Девушки исчезли, словно растворились в воздухе.
Вернулась Лена. Она принесла еще гвоздей. Новая боль придала мне сил.
— Спасибо! – простонал я, — разреши мне тебя отблагодарить, когда вернусь из Лабиринта, — пожалуйста, дай мне сделать тебе приятное…
— Заткнись, — грубо произнесла Лена, плюнув мне в лицо.
Ах! Как сладко было это унижение. Оно смешивалось с болью, возбуждало меня, приводя в неземной восторг. Иногда Лена не забивала гвозди, а просто колотила меня молотком по голове, при этом плевала мне в лицо.
— Ты мерзавец и ничтожество, — произносила при этом девушка.
Внезапно Лена исчезла. Вместо нее появились уже знакомые мне брюнетки в красном платье.
— Готов, — констатировала одна из них.
— Да, теперь он наш, — согласилась вторая.

А нужно ли?

*1. Я помню себя в детском саду .Друзья , подружки . После улицы всегда шли умываться , а летом — обязательно мыть ножки . Ведь в кроватку нужно ложиться чистыми . Мальчишки толкались ,брызгались , мочили ноги и не вытирая бежали за стол , обедать . А вот девчонки долго плескались под струей воды . Тщательно мыли ножки , каждый пальчик , пяточки , коленочки . Я всегда оставался с ними . Мылся медленно , а сам смотрел за ними . Мой писюн надувался и ему становилось тесно в трусиках . Потом они бежали босиком к полотенцам . На кафельном полу оставались отпечатки ступней . Оставаясь один в умывальнике оглядывался на дверь . С трепетом в душе присаживался на корточки и гладил девчачьи следы , потом наступал на них . Мне казалось , что они сохранили тепло девчачьих тел . При удобном случае всегда старался помочь кому — одеть колготки или гольфики . Когда дотрагивался до голых пяточек , то чувствовал трепетное волнение и дрожь в руках . Маленький дружок всегда становился большим и твердым.
Потом школа . Мой невольный взор все уроки был устремлен на ножки учительницы . Она сидела за столом и мне было хорошо их видно . Я думал не об учебе , а только о том , чтоб потрогать , погладить их . Часто , во время урока снимала туфельки и стояла на голом полу . В капроне были еще притягательнее и сексуальнее . Все десять лет сидел с девчонками . Какие красивые и манящие были их ножки : в обуви , в капроне , а особенно летом — в босоножках и без чулок . Ничего меня так не волновало и не возбуждало как вид голых пяточек ю В более старших классах специально часто что — то ронял под парту , сползал на пол и дотрагивался до их ножек в обуви . Потом садился и тайно ( как мне казалось ) нюхал и облизывал ладошку .
2. Вы скажете , что я извращенец ? Может и так . Но я получал истинное удовольствие и возбуждение от таких действий . Женские ножки меня возбуждают и что бы дотрагиваться , ласкать их я готов на унижения , оскорбления , побои и издевательства .
В девятом классе все мысли очень часто были в напряженно — возбужденном состоянии . Желание ласкать возрастало с каждым взглядом на них . Чаще стал ронять что — то , опускался и , как мне казалось , незаметно целовал обувь моей соседки по парте . К сожалению или к счастью она заметила , но не подала виду . Она наблюдала за моими действиями . Вскоре подошла наша очередь дежурства по классу . Все ушли домой , а мы , вернее я — приступил к уборке . Девушка спросила :
— Тебе нравятся мои сапожки или еще что — то ?
Я молча стоял и не мог пошевелиться . В моей душе все трепетало , руки дрожали , колени отказывались служить .
— Я видела как ты то и дело целовал обувь и при этом получал удовольствие . Это так ?
— Да .
Села на парту , закинула нога на ногу смотрела мне в глаза . Голос был насмешлив , нагл и ощущался гневный приказ в ее словах .
— Целуй ! Ты такой же как и мой бывший парень , что изменил мне с моей же подругой . Целуй !
Безвольно , безропотно встал на колени и припал к ее сапожкам . Закрыл глаза и целовал . С каждым поцелуем мое возбуждение возрастало , поцелуи становились жарче и чаще . Язык стал с наслаждением облизывать их . Член вырывался из штанов , пульсировал , кровь била в голову , сознание замутилось . Кончил так , что брюки стали мокрыми . Она смотрела на горящее лицо , громко рассмеялась и пошла из класса . В дверях обернулась :
— Дежурь !
С этого дня каждое дежурство целовал ее обувь , облизывал и … оставался один .
Боясь огласки исполнял все ее прихоти .
3. Часто , в сновидениях , являлись еще одни ножки . Целовал , облизывал туфельки , обсасывал пальчики . А они давали пинка , топтали тело . Появлялись перед моим взором только на уроке английского языка . Принадлежали сорокалетней учительнице английского . Стройные ножки всегда были в капроне , часто стояли , отдыхали на голом полу без обуви . Все ее уроки не сводил с них взгляд . Учительница обратила внимание и однажды сказала :
— Сегодня останься на дополнительное занятие , будешь исправлять двойки .
После занятий пришел в класс английского языка .
— Напиши на доске несколько предложений .
Взял мел и оглянулся на учительницу . Она сидела на стуле , откинувшись на спинку , нога на ноге . Одна облачена в туфельку , вторая — без нее .
— Подойди . Я часто замечала , что ты томно смотришь на мои ноги . Они тебе нравятся ?
— Да . Очень .
— Что бы ты хотел с ними делать ?
— Поцеловать .
— Запри дверь на ключ и подойди ко мне .
— Встань на колени и целуй .
Встал . Моментально бросило в жар . На лбу выступили капельки пота , ладошки повлажнели .
— Целуй !
Сознание замутилось . Во рту все пересохло . Язык прилип к небу . Кое — как совладал с собой и поцеловал протянутую ножку . Гладкая , немного прохладная легла в мою ладонь . Стал покрывать поцелуями , обхватил губами пальчики , слегка пососал их .
В течении двух лет жил как в сказке . Англий был два дня в неделю по два урока сразу . В день с английским я должен был оставаться на дополнительные занятия . Каждый раз закрывал дверь на ключ , становился на колени и в течении часа лизал , целовал ножки туфельки . Через час мои трусы можно было выжимать . Закончил школу , но моя обожаемая учительница стала шантажировать .
— Если не будешь приходить два раза в неделю , в школу и не будешь ласкать — обнародую твою слабость .
Так продолжалось целый год , пока не поменял место жительства .
4. Женился , родились двое детей . Все было хорошо , но постоянно тянуло ублажить , приласкать жену языком . От одного секса я не получал полностью удовлетворения . Хотелось встретить ее с работы в прихожей , помочь раздеться , разуть . Поцеловать в щечку губки . Помассировать языком ступни ее ножек . На что жена рьяно противилась . Говорила , что я извращенец . Постепенно стали отдаляться друг от друга . В конце концов разошлись . Почти всю зарплату в течении всех лет отдавал ей на содержание сына и дочери .
Мое пристрастие служить Даме , мечты об унижении с ее стороны захлестнули все мои мысли . Так я стал рабом . Безропотно — покорным , услужливым , послушным пресмыкающимся . Сначала в мечтах , затем — в реале .
Прошло немного времени ,как я нашел единомышленницу . Живя в Дмитрове работал в Москве , где и познакомился . Стал приезжать на сеансы . Но это прекратилось через несколько месяцев , ей надоело . Вторая любила звонить и требовать меня сейчас — же . Ее не волновало , что от моего местожительства , до нее добираться больше часа . Ее не волновало , что в данный момент я был на работе . С третьей встречались в свободное время . Параллельно со мной она встречалась с другим рабом , но от меня тщательно скрывала . Тот , второй был состоятельнее , побогаче с квартирой в Москве . Хозяйке он показался лакомым кусочком и чтобы привязать к себе — расписалась . Хозяйка — жена раба . Приносил зарплату , переписал свою квартиру и она сдавала его за деньги .
Снова пришлось заняться поиском новой Госпожи . В моей душе происходит смятенье , трепетное волнение , сильное возбуждение когда рядом властная , грубоватая женщина . В этот момент тело становится безвольным , мягким и податливым . Колени сами сгибаются . Язык начинает трепетать в ожидании доставить удовольствие такой даме .
5. Познакомился с Госпожой . К сожалению или к счастью общались только по телефону т.к. между нами большое расстояние . Ждал просвета на работе, ждал выходного , чтобы съездить и показать себя во всем своем обличье . Как — то ехал с работы и мечтал о встрече с ней , о подчинении . На остановке голосовала женщина . Ночь , народу почти нет . В свете фар стояла она , в пальто , на высоких каблуках . Мягкие снежинки — пушинки опускались к ее ногам . Мое воображение быстро представило безвольное тело у ее ног . Притормозил . Подошла к двери и остановилась . Прошло около трех минут — продолжала стоять на тротуаре . Открыл дверь . Только после этого села и с силой захлопнула дверцу . Посмотрела на меня так , что хотел встать на колени . Тело съежилось . Доставил до подъезда .
— Пошли со мной , поможешь .
Так я остался с ней . Жизнь моя приобрела новый оборот . С работы спешил к ней . Возил на своем авто по кабакам , где она развлекалась с подругами . Подъезжал к подъезду или еще куда , открывал дверь , ложился ковриком . Сначала наступала на меня , вытирала обувь , потом выходила из машины или садилась . Редкие свидетели — прохожие видевшие такую сцену были в шокированном состоянии . Останавливались , смотрели.
В квартиру я входил первым , ложился перед дверью ковриком . Вставала на меня , вытирала обувь , давала пинка в качестве поощрения , проходила в комнату . Сидела в кресле , а я вставал на четвереньки , вылизывал обувь , снимал . Потом мыл языком ножки обутые в чулки , носки . Снимал их , она совала мне в рот и я стирал их с закрытой челюстью . Были там до тех пор , пока не становились чистыми . Вымывал вылизывал языком ступни . Потом шел в ванну перестирывать с мылом .
Когда приходили две подружки — обязан встречать ковриком , грушей для битья , биотуалетом . Вылизывал обувь , ножки после туалета , служил туалетной бумагой . Всем делал куни . Со временем Хозяйка стала брать с них деньги за доставленное удовольствие . Тем же нравилось на мне вымещать зло на своих мужчин . Били ногами , плеткой , стеком .
Прошло около четырех месяцев . Госпожа стала чаще напиваться , становилась раздражительной и злой . Такое впечатление что она была зла на всех мужчин , а всю злобу вымещала на мне . Стала приковывать наручниками к батарее . Я стоял на коленях голый . Она — же развлекалась : играла ножом у меня перед глазами . Раз чуть не выколола глаз . Дергала за член , за яйца , била палкой , пинками , шпильками ходила , прыгала на мне . Била с остервенением . Пытался увернуться , закрыть лицо руками , но от этого она становилась еще злее . Спал на голом полу возле кровати . Просыпаясь вставала на меня — коврик , писала в мой рот . Ел из собачьей миски стоя на коленях , руки за спиной . Вместо воды писала в миску и я этим довольствовался .
Ее дочери было семнадцать лет . Растет под стать матери . Все делает так — же , но менее жестоко .
В один из дней все повторилось . Истязая мое тело вонзила нож в яйцо . От дикой боли заорал . Она — же вошла в раж . Стала избивать ногами , палкой для выбивания ковров . В добавок ко всему — сломала челюсть . Потелял сознание — остановилась , отстегнула . Прийдя в себя выполз из квартиры . Месяц зализывал раны .
6. И вот здесь — то вспомнил о той , с кем познакомился по объявлению , кому звонил два месяца . Зализав раны позвонил . Услыша знакомый , сексуальный и в то — же время голос с железными нотками пришел в трепетное волнение . Снова над моей голдовой небо стало светлее и жизнь обещала повернуться в сладострастное русло . Ожидание выходного , что бы съездить и показать себя во всем своем обличьи . Посылая СМС жду позволения позвонить , чтобы услышать сексуально завораживающий голос . Я слушаю его какзавороженный кролик на удава . Как на зло работы столько , что приходится спать в кабинете по 3 — 5 часов и снова за дело . Вместо полноценной пищи довольствуюсь булочкой с кофе и сигаретой . Мои мысли стали часто заполняться ею вместо работы . Как только замечал это , сразу переключался на цыфры . В свободные промежутки сидя в кабинете мечтал о новой , вернее о той , кем пренебрег пять месяцев назад .
Посылаю СМС : «Разрешите позвонить ? » . Звоню , делаю отчет о том чем занимался и занимаюсь , а сам тайно поглаживаю и дрочу член . Разговариваем , вернее отвечаю на вопросы . Общение длится полчаса , бывает час и все время дрочу так , чтобы Госпожа не догадалась и не разгневалась . Но она догадалась и стала приказывать что и как делать . Было немного больно и одновременно приятно . Кончил так , что залил весь живот , текло по ляжкам . Ноги подкосились , плюхнулся на стут . Госпожа приказала :
— Больше не звони . Будет выходной — приедешь , посмотрю подойдешь ли мне .
Как на зло в ближайшие дни придется вспоминать и мечтать .

Видео 15-летней школьницы Татьяны из Новомосковска Тульской области, как водится, выложила на своей страничке в соцсети. Надо же похвастаться друзьям!

На кадрах — двое парней 13-15 лет и девочка избивают другого парня. Мальчик лежит на земле, а его заставляют лизать ноги школьнице и поочередно избивают.

— Проси прощения, — кричит молодая садистка. – Будешь знать, как меня бросать. Другую он, видите ли, нашел!

Подросток плачет, корчится от боли, пытаясь прикрывать лицо руками, и послушно повторяет вслед за своими мучителями:

— Прости, батька, меня-засранца.

Изуверы ржут и бьют мальчика ногами в лицо и в живот.

Реакция на ролик была моментальная: его растащили по сети блогеры, а на страничку девушке посыпались угрозы. После этого ролик исчез, но его тут же снова «прицепили» пользователи Интернета.

— Таня пришла к нам два года назад в 6 класс, — рассказал нам Станислав Солуянов, директор школы № 25 Новомосковска. — Сама она родом из Молдавии. Родной отец умер, мама вышла замуж за другого мужчину. У них родился совместный ребенок. Потом отчим женился на другой женщине, но Таня осталась с ним. Матери она не нужна.

По словам директора, девочка кротким нравом не отличалась: грубила учителям и ровесникам, часто дралась. В феврале этого года попалась на воровстве. Часто сбегала из школы, ночевала в интернате, откуда потом сбегала.

Сейчас Татьяна в Молдавии, вместе с матерью Натальей они живут у бабушки Тани.

— Я видела это видео, — призналась нам Наталья. — Вот сижу сейчас и разбираюсь с дочкой. Понимаете, я развелась с мужем, но Татьяна — она старшая дочь — и ее сестра остались жить в России с ним. Шесть лет жили. А потом мой бывший женился и Татьяну отослал, мол, воспитывай ее сама. Вот Таня и стала свои фокусы показывать…

А потом трубку взяла сама Таня.

— Это было две-три недели назад, здесь, в Молдове. Парня, которого мы избивали, зовут Андрей Пынзарь. Он изнасиловал меня…

— Что, просто взял и изнасиловал?

— Сказал, что я ему нравлюсь, стал приставать ко мне… Я пожаловалась брату. А у брата и его друзей был зуб на Андрея, он воровал у них, кроме того, еще одну девочку изнасиловал… Встретили его, хотели просто поговорить и началось… Его наказывали даже не за то, что он меня изнасиловал, а за другие грехи. Но я чувствовала себя виноватой. Через несколько дней мы встретились с Андреем, поговорили спокойно. Я попросила у него прощения, он — у меня. И разошлись. А потом появилось это видео в Интернете. Я его только что увидела.

— Судя по всему, этой историей заинтересуется полиция…

— Наверное. Мне страшно…

Сам Андрей школу закончил и учится в профтехучилище в Бельцах. В полицию он не обращался.

Почему же на видео она винит Андрея в том, что он ее бросил, объяснить Таня нам не смогла.

Проверку по этому делу сейчас ведут полицейские Тульской области. На контроль ее взяли прокурор региона и уполномоченный при Президенте РФ по правам ребенка Павел Астахов.

Но материалы дела потом передадут в Молдову.

— Если все подтвердится, будет заведено уголовное дело. По какой статье, пока не берусь говорить, — прокомментировал Ион Попа, прокурор Флорештского района Кишинева.

Принуждение к фут-фетишу

Я с почтением положил свои документы на стол. — «Это всё?», — удивленно спросила, сидящая напротив меня женщина, насмешливо разглядывая мой паспорт и аттестат о среднем образовании. Она была одета в элегантный жакет и юбку, стройные ноги обтянуты тонкими колготками и обуты в дорогие кожаные туфельки на высокой шпильке. Волосы на голове женщины были аккуратно уложены. На вид я дал ей тридцать пять лет. — «Да…», — ответил я, внезапно запнувшись, не зная как обращаться к владелице большого дома, в который я пришел в последней надежде устроиться на работу. Женщина, словно угадав мои мысли, подняла свои холодные глаза на меня. — «Ты можешь называть меня Госпожа Анна, но если вдруг я решу взять столь юного молодого человека на работу, тогда я стану для тебя просто Хозяйкой. Тебе ясно?». — «Да, Госпожа Анна», — смущенно сказал я. Женщина надменно изогнула брови, — «Хорошо. Что ты умеешь делать?». — «У меня мало опыта, но поверьте я могу научиться, я обещаю стараться и готов взяться за любую работу», — начал лепетать я, сам понимая, что мои жалобные заверения звучат не сильно убедительно, — «Мне очень нужны деньги». — «Довольно!», — властно перебила меня Анна, — «Я уже поняла, что от тебя будет мало толку, однако внешне ты хорошо развит и, поэтому, я могу предложить тебе работу, связанную только с физическим трудом. Моей домоправительнице Эльзе понадобился помощник, который будет делать тяжелую работу, а также выполнять ее поручения. Для этого ты подходишь». Она мельком заглянула в мой паспорт. — «Итак, Владимир, я беру тебя с испытательным сроком, но советую хорошенько запомнить, что я не плачу денег бездельникам!». Я заметил, как Анна села боком, положила ногу на ногу и стала ритмично покачивать свисающей туфелькой на кончиках пальчиков ступни. — «А твои документы пока что останутся у меня», — вкрадчиво закончила она. — «Спасибо вам Госпожа, то есть Хозяйка», — поспешно поправился я, — «Вы спасли мою жизнь. Я обязательно оправдаю ваше доверие». — «Не сомневаюсь», — ехидно улыбнулась Анна, — «Ступай на кухню и скажи Эльзе, что с этой самой минуты она может тобой всецело распоряжаться. Ах да. Пусть выделит тебе комнату в пристройке. Жить ты будешь здесь!». Так я оказался втянут в историю, о которой потом еще долго с содроганием вспоминал бессонными ночами.
Не прошло и двух месяцев с того момента, когда я впервые пересек порог дома Анны, как я со всей очевидностью осознал, что попал в натуральное рабство. Меня нагружали самой разнообразной работой. Я таскал тяжести, чистил бассейн, ухаживал за садом, ездил за покупками, выгуливал хозяйских собак и делал еще массу дел, но за все это время мне еще ни разу не заплатили, при этом я постоянно подвергался нападкам со стороны Эльзы. Эта сорокалетняя высокая женщина была под стать своей Госпоже. Каждый раз, когда у меня что-то не получалось, она оскорбляла и грозилась проучить тупого мальчишку, так она меня называла. Хотя на тот момент мне уже исполнилось восемнадцать лет. Я валился от усталости с ног, но ей все было мало. Кончилось все тем, что мое терпение лопнуло. Я захотел уйти. Выбрав, как мне казалось, удачный момент, я пришел к нанимательнице, чтобы потребовать расчета и забрать свои документы. — «Госпожа Анна», — начал я, — «Верните, пожалуйста, мой паспорт и заплатите мне за работу, я решил покинуть ваш дом». Анна повернула ко мне свое бледное надменное лицо, — «Для тебя я Хозяйка! Или ты забыл?», — прервала она меня. — «Нет, но это уже не имеет значения, я увольняюсь». — «Вот как? Ты стал слишком дерзким и видимо так и не понял, что до тех пор, пока я сама не разрешу тебе уйти, ты останешься здесь!». Анна демонстративно закурила сигарету с нескрываемым презрением, поглядывая на меня. Мои руки невольно сжались в кулаки, — «Верни документы, Стерва!». — «Расслабься мальчик!», — пренебрежительно отмахнулась Анна ,- «Эльза не зря говорила мне, что тебя стоит поставить на место и теперь я с ней согласна. Я преподам тебе урок, а заодно научу тебя послушанию». Дверь позади меня приоткрылась, после чего в комнату молча вошла Эльза. Она была одета в свою униформу черного цвета с белым фартуком и в правой руке Эльза держала внушительных размеров револьвер. Путь к отступлению был отрезан. Я сглотнул вмиг пересохшим горлом, переводя взгляд с одной женщины на другую. — «Смотри на меня, паршивый Ублюдок!», — грубо потребовала Анна, — «И слушай, что я тебе скажу! Сейчас ты встанешь на четвереньки, да-да, как собака, поползешь к моим ногам и начнешь усердно вылизывать мою обувь. Ты полностью оближешь ее своим мерзким языком, очистишь ее от пыли и грязи, а затем старательно обсосешь длинные каблучки этих туфель. Ну же! Я жду!», — Анна с улыбкой помахала своей ногой в мою сторону. — «Не упрямься! А не то я обвиню тебя в краже моих личных ювелирных изделий, и тебя упекут за решетку! Думаю, ты догадываешься, что делают в тюрьме с такими сладкими нежными мальчиками, как ты». Она захохотала. — «Давай! Я хочу, чтобы ты узнал вкус моей обуви, щенок».
Я мысленно оценил ситуацию, прикидывая свои шансы отнять у Эльзы оружие, но понял, что проиграл, поэтому мне ничего не оставалось делать, кроме как подчиниться. Стараясь не смотреть на Хозяйку, я опустился сначала на колени, а следом и на четвереньки. Мне было стыдно от такого унижения, краска густо залила мое лицо. — «Вот так! Хорошо!», — весело забавляясь, подбодрила меня Анна, — «А теперь ползи ко мне, тряпка!». Я, перебирая всеми четырьмя конечностями, неуклюже приблизился к ногам Анны. Она тут же ткнула носком своей туфельки мне под нос. Я попытался отстраниться. — «Не смей!», — приказала мне Госпожа, — «Высунь язык, никчемный говнюк!». Я, с трудом переборов отвращение, покорно высунул свой язык. С довольным видом Анна стала вытирать об него подошву туфли. Закончив с этим, она велела мне вылизывать ее хоть и дорогие, но запыленные туфельки. Меня морально втаптывали в грязь. Я помедлил, борясь с бессильным гневом и стыдом, из-за чего получил болезненный пинок по ягодицам от караулившей сзади Эльзы. — «Ты слышал, что сказала Хозяйка! Выполняй!». «Тварь! Чтоб ты сдохла!», — выругался я про себя, но тем не менее приступил к облизыванию сантиметр за сантиметром обуви Анны. Ее туфли были совершенно безвкусные. — «Малыш, ты скоро будешь как шелковый. Я еще сделаю из тебя удобную подставку для своих ног!», — ласково произнесла Анна, — «Мои туфли должны блестеть!».
Наконец, я вылизал обе ее туфельки. Язык саднило от такой непривычной работы. — «Как ты думаешь Эльза, моя обувь уже достаточно чистая?», — обратилась Анна к своей домоправительнице. Та отрицательно покачала головой из стороны в сторону. — «Я тоже думаю, что нет», — согласилась Хозяйка с Эльзой и наклонившись, смачно сплюнула на носочек туфли. Вязкая слюна медленно потекла по заостренному носку туфельки. — «Облизывай снова, жалкий червяк!», — засмеялась Анна. К моему горлу подкатила тошнота, однако я сумел взять себя в руки. Я заново начал чистку, слизывая плевок мучительницы с ее обуви. Со второй туфелькой вышла та же история. Я глубоко заблуждался, решив, что этим издевательства надо мной и закончатся. Все только начиналось.
Дальше мне пришлось поочередно обсосать длинные каблуки туфель Анны. Она с особым садизмом загоняла их мне в рот, чуть ли не до самой глотки. Потом Хозяйка одной рукой сняла со своей ножки туфельку, прижала ее внутренней частью к моему носу, а второй рукой Анна схватила меня за волосы. Я глухо замычал от боли. — «Нюхай мою обувь, засранец! Ты, как верный пес, должен знать запах своей Хозяйки!». В мои ноздри проник терпкий аромат, которым пропиталась обувь Анны, смешанный из запаха кожаных туфель с запахом вспотевших женских ступней. Он был похож на запах жженого утюга. — «Сильнее нюхай!», — не унималась Анна, дергая меня за волосы, — «Давно пора было приучить тебя к этому». Я невольно вдыхал запах туфельки Анны и вдруг почувствовал предательское возбуждение у себя в паху. Лишь бы только они это не заметили.
Удовлетворившись, Анна поставила туфельку на пол. — «Теперь я хочу, чтобы ты занялся моими ступнями!», — упиваясь своей властью, сказала Госпожа, — «Ты будешь сосать длинные пальчики моих ног прямо через колготки, вылизывать подошвы ступней, подъем, обсасывать розовые пяточки», — она протянула мне свои, обтянутые капроном, ноги, — «А Эльза проследит, чтобы ты все делал старательно и не увиливал». В мой затылок тут же недвусмысленно уперлось холодное дуло револьвера. Я никогда раньше не сосал пальцы ног женщины, сама мысль об этом для меня была противна, но выбор был невелик и мне пришлось это сделать. Я взял в рот пальчики ступни Анны, которые оказались солоноватыми на вкус, и стал обсасывать их губами. — «Так-то лучше! Видишь Эльза, какой он способный», — пошутила Анна. Они обе гнусно засмеялись надо мной.
Мне было неудобно стоять на четвереньках. Я испытывал уже омерзение к самому себе. Проклиная этот день, я продолжал усердно обсасывать пальцы ступней Анны. — «Я кайфую», — промурлыкала Госпожа. Решив, что в процесс пришло время внести изменения, она заставила меня разорвать зубами капрон на ее ступне. Со вздохом удовольствия Анна растопырила обнаженные пальчики и пошевелила ими у меня перед лицом, — «Вылижи языком между пальчиками!». Я словно оцепенел. — «Давай, сучонок! Не заставляй меня повторять дважды!», — процедила сквозь зубы Анна и дала мне хлесткую пощечину. От удара моя голова мотнулась в сторону. В ушах зазвенело. Она снова занесла руку, и я с поспешностью, как провинившийся щенок, начал ублажать свою Хозяйку. Я вычистил языком все щели между пальчиками ее ступни, затем она вручила мне вторую ножку. Под конец, она так глубоко засунула ступню мне в рот, что я стал ей давиться. Она буквально трахала мой рот своей ногой. Ногти ее пальчиков оцарапали мне нёбо, слезы невольно брызнули из глаз. Из моего рта слышались булькающие звуки. — «Как мне это нравится», — возбужденно выдохнула Анна. Вдоволь насладившись моим унижением, она вытащила свою ступню, всю в слюнях, и с гримасой презрения стала вытирать ее об мое пылающее лицо, — «****ая твоя рожа!». — «Хватит! Перестаньте!..», — не выдержал я, — «Я все понял Хозяйка, и впредь не повторю своей ошибки». Анна, в который раз, грубо схватила меня за волосы. Рывком запрокинув мою голову вверх, она впилась в меня глазами. — «Для первого раза может и хватит, но запомни, что если я захочу, ты у меня и дерьмо жрать будешь! Сегодня я прощаю тебя, только ведь ты виноват не передо мной одной, а еще перед Эльзой. Следовательно ты должен заслужить и ее прощение». — «Нет, пожалуйста, нет! Почему вы так со мной поступаете?», — голос у меня задрожал. — «Потому что иного ты не заслуживаешь!», — безжалостно ответила Анна.
Ведьмы поменялись местами, и экзекуция повторилась снова. Я опять вылизывал грязную обувь и женские ноги, с той лишь разницей, что ступни Эльзы были не такие ухоженные как у ее Хозяйки, и пахли они более отвратно. Эльза тоже не преминула возможностью позабавиться с моим ртом. Она выебала мой рот своими ступнями, чуть не разорвав его.
Спустя три часа обе женщины выдохлись, их фантазия иссякла, они решили дать себе передохнуть. Сняв порванные колготки, они запихнули их мне в рот словно кляп. — «Только попробуй выплюнуть!», — жестко предупредила Анна, — «И я отобью тебе яйца!». Не позволяя мне встать, они пинками загнали меня в подвал дома, после чего заперли там. — «Завтра мы используем твой рот для педикюра», — сказала Госпожа, прежде чем закрыть дверь, оставив меня в сырой подвальной темноте. На следующий день унижения продолжились. Около месяца они издевались надо мной как хотели, и я на себе узнал, насколько изощренными могу быть женщины. Сбежать я смог лишь тогда, когда Эльза потеряла бдительность. Наплевав на документы, на угрозы Анны, я еле унес ноги из проклятого дома. Потом еще долго я не мог спать спокойно, меня мучили кошмары. Я с криком просыпался, весь в поту и с дрожью в теле. Но время лечит, и я стал постепенно забывать об этой истории.
Как-то раз, сидя в кафе, я раскрыл местную газету и в разделе рекламы увидел, напечатанное жирным шрифтом объявление: «В дом Госпожи Анны требуется молодой помощник по хозяйству. Оплата достойная. Можно без опыта работы». В ту же секунду у меня перед глазами, как наваждение, возникли босые ступни Анны и Эльзы. От этого воспоминания мой рот рефлекторно свело судорогой. — «Суки!», — еле выдавил я из себя и разорвал газету.

Рубрики: Статьи

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *