Как я лишился девственности

Как я лишился девственности

Потеря девственности

Обращаясь к тем далёким годам, когда все мы ещё были детьми, трудно не вспомнить первые робкие фантазии, возникавшие при виде какой-нибудь привлекательной девочки. В то время, впрочем, как и сейчас, было не просто определить, что больше возбуждает в них — красота или вульгарность одежды. По крайней мере, даже некрасивая на лицо была способна вызвать переполох в штанах, если надевала юбку по самое не могу или что-нибудь откровенно просвечивающее. Бывало, я шёл домой как с победы на Олимпийских играх, когда моему вездесущему взору открывалась из-под выреза кофточки голая грудь наклонившейся девочки или, ещё того лучше, проступающая через облегающие джинсы вся анатомия её влагалища. Такое удавалось увидеть, естественно, не каждый день, поэтому подобные воспоминания надолго оставались в памяти. Чаще можно было созерцать тесно обтянутые чулками стройные ножки, прикрытые более-менее короткой юбкой.

Это время впоследствии приобрело для меня особое значение, так как по его прошествии жизнь оказалось совершенно иной. Трудно сказать, в какую сторону всё изменилось. С одной стороны, особы противоположного пола, лишившись девственности, теперь давали направо и налево, а девственниц оказалось очень легко сломать, однако почти у всех этих девушек и женщин исчезло девическое очарование и, что особенно плохо, в их некогда стройные и возбуждающие даже в просторных одеждах тела стал откладываться жирок, от которого образовывались некрасивые складки на животе. Особенно неприятны в таких на первый взгляд и не толстых особах их отвислые зады, из которых торчат нестройные ноги. Поэтому необыкновенно радостно бывает встретить девушку, сохранившую в себе девическое очарование.

Сколько раз на дню я хотел поиметь какую-нибудь девочку! Но постоянно, даже когда предоставлялась такая возможность, не хватало смелости. Кроме того, всё казалось чрезвычайно сложным и я считал, что секс — удовольствие для посвящённых. Ежедневные разочарования сводили меня с ума, и даже если ночью мне снился сон с явной тенденцией к совокуплению, он почему-то почти всегда обрывался как раз перед самым его свершением или вовсе обходил его стороной.

Тем не менее, я был просто убеждён в том, что причиною неудовлетворения является только моя застенчивость, поскольку однажды на уроке математики, имея под рукой калькулятор, от нечего делать я взялся посчитать, сколько половых актов совершили все живущие и жившие на свете люди. Если учитывать одни только продуктивные совокупления (с рождением ребёнка), то число половых актов за пятьдесят лет уже превышало своей десятизначностью возможности калькулятора, но если учесть, что за всю жизнь человек от пятнадцати до тридцати и более часов испытывает чистый оргазм, то получается, что пока я сидел в кабинете и решал задачи, тысячи и тысячи пар занимались любовью. Значит, в мире было хотя бы несколько девочек, которые прямо сейчас бесстыдно отдавались мальчикам. Я настолько обалдел от этого заключения, что меня захлестнуло небывалое возбуждение. А я чем хуже?

Желание было так велико, что я решил лишиться девственности прямо в тот же день. После математики у нашего класса была литература — последний урок, — а учитель по литературе являлся нашим классным руководителем. Во время перемены я подошёл к нему и сказал, что все ближайшие дни не смогу дежурить в кабинете, поскольку буду ездить в больницу на процедуры, а единственная возможность у меня только сегодня, в субботу. Надо отметить, что в этот день класс должны были убирать две подружки, обе красивые и всегда очень весёлые, поэтому я думал, что в проигрыше не останусь, какая из них не ушла бы домой. В итоге, решила дежурить со мною та, у которой совсем недавно был день рождения (ей исполнилось пятнадцать лет, и она всего на месяц была старше меня). Когда прозвенел звонок и все ушли, учитель сказал, что ему нужно идти на какую-то конференцию, поэтому оставил ключ у нас, чтобы после дежурства мы закрыли класс самостоятельно. Учителя всегда уходят куда-нибудь во время уборки, и я в любом случае закрыл бы кабинет на замок. Полдела сделано.

Меня не особенно удивило то, что, когда мы остались одни, моя партнёрша села на парту и, пока я ходил за водой, подметал и мыл пол, ничем полезным не занималась. Сидела и болтала ногами, рассказывая мне что-то, потом сказала, что хочет в туалет, и вовсе вышла из кабинета. Как долго её не было, я не знаю, но, по крайней мере, я уже давным-давно закончил уборку, а она так и не вернулась. Однако сумочка-то была здесь, и я знал точно, что она придёт за ней. И тут меня как будто током ударило: нет презервативов! Вполне возможно, что мою рыбку я и так смогу подцепить, но шансов, безусловно, меньше. На крючок с приманкой она клюёт гораздо охотнее, нежели на голый. Тут я стал судорожно искать решение. С одной стороны, до киоска, где должны были продаваться презервативы, не очень далеко, а с другой — пока я буду бегать за ними, моя девчонка может вернуться, забрать сумочку и уйти домой, — и тогда все мои хрустальные мечты разобьются о чугунную задницу реальности. Такого облома в моей жизни никогда бы ещё не было.

Но чтобы наверняка быть уверенным в победе, я всё-таки решил купить презервативы. Я просто закрыл кабинет на ключ и взял его с собой, рассчитывая на то, что если опоздаю — она никуда не денется и подождёт. Стрелою я спустился по лестнице и вылетел на улицу. Киоск оказался открытым (я очень радовался этому, поскольку, пока бежал к нему, подумал, что по двум причинам — суббота и закон подлости — он может не работать). Я протянул в окошко деньги и попросил пачку презервативов. Продавщица посмотрела на меня и спросила: «А тебе сколько лет?». — «Семнадцать». — «Что-то не похоже». И тут я засунул голову в окошко и выпалил ей прямо в глаза: «Послушайте, женщина, меня ждёт девушка, и через пятнадцать минут мы с ней будем трахаться независимо от того, продадите вы мне эти чёртовы резинки или нет. По телеку то и дело долбят, что надо выбирать безопасный секс, я так тоже считаю, а вы — вы! — будете виноваты в том, что моей возлюбленной через четыре месяца сделают аборт, который часто не обходится без последствий! И если вам пофиг на чужое горе, то я люблю её и мне с ней ещё всю жизнь жить, вы понимаете или нет?!». После такого ответа она сто процентов должна была дать мне то, что я просил. Можно было, конечно, сказать и помягче, но когда жмёт и время и в штанах — тут уж не до уговоров и обещаний, что я в них налью воду и выкину из окна.

Получив пачку от остолбеневшей продавщицы, я побежал в школу, надеясь, что моя девочка ещё не подошла к кабинету и не ругает меня на чём свет стоит. Однако я ошибался. Она, прислонившись к стене, уже стояла у двери с усталым выражением лица. Плохо дело, думаю. Но главное, что рыбка здесь, к тому же, я задержался совсем ненадолго.

— Ты где был? Я тебя тут уже сто лет жду! — говорит мне. Она заметно успокоилась, думая, что всё-таки вызволит свою сумочку из кабинета.

— Да так, пустяки. За презервативами ходил.

— За презервативами? Шутник, — рассмеялась она. — И с кем это у тебя свидание?

— Всё тебе расскажи, — таинственно говорю ей, открывая дверь. — С одной очаровашкой. Она лучше всех на свете и я безумно хочу её.

— Лучше всех, говоришь? Даже лучше, чем я?

— Ну, как тебе сказать, — я выдумывал на ходу, не зная даже, каким будет следующее моё слово, — она почти как ты, только у неё есть одно видное преимущество.

— Какое? — пожалуй, моя девочка впервые разговаривала на эту животрепещущую тему, и ей стало очень любопытно.

— Она хочет меня. И ещё она смелая. Настоящая, знаешь, девчонка. Никогда не стесняется своих желаний, если уж желает по-настоящему. Не жмётся по пустякам. И ещё у неё идеальный вкус. Всегда выбирает лучших. Только такие добиваются успеха в жизни, — я старался …

не перебрать, чтобы не разбудить в её подсознании ревность. — Но ты, возможно, всё-таки лучше её.

— И чем же? — она снова села на парту и наклонила голову, строя глазки в ожидании комплимента.

— А вдруг ты такая же? Откуда мне знать, что у тебя на уме. Знаешь, — говорю с улыбкой, закрывая дверь, — я оставил доску невымытой. Тебе тоже надо потрудиться. И я не выпущу тебя, пока не сделаешь того, что я хочу, — я подошёл к ней и взял её за ноги, обтянутые чулками. — Я никогда не отступаю от намеченного, поэтому будь добра, вымой, это пять секунд.

Она немного удивилась такому повороту событий. Я и сам удивлялся своей смелости. Это как на экзамене: когда не знаешь, что делать, главное — не пасовать и не терять уверенности в себе. Иначе потопят.

— Вымой-ка сам, — я слега сдавил её ноги и поднялся ладонями почти под юбку, смотря ей в глаза. — Ну, впрочем, так уж и быть. И убери с меня свои лапы, всё равно ты с ней сегодня будешь: Ну, это самое.

— А как ты думаешь, она мне даст?

— Откуда мне знать? — в голосе засквозило волнение. Рыбка слезла с парты, взяла тряпку, обмакнула её в ведро и повела по пыльной доске, оставляя блестящий влажный след. — Никогда ещё не встречала такого пошляка.

Видимо, уже в то время во мне стал формироваться тонкий психолог. Раз она так сказала, значит, понимает: если я стану к ней приставать, она может не выдержать и сломаться. В конце концов, на то она и девочка, чтобы к ней приставали. А то зачем ей тогда половые органы, к тому же, такие манящие?

— Хочешь, я скажу тебе, кто она? — я вплотную подошел к ней сзади, обняв за бёдра и сомкнув пальцы рук прямо над лобком. — Ты её знаешь.

Она хотела повернуть голову, но встретила перед собой моё лицо настолько близко, что могла бы только начать со мной целоваться.

— Отстань, — сказала она несколько нервно, но вдруг улыбнулась. — Как ты можешь лезть к другим, если у тебя свидание на носу? Я ведь расскажу ей, что ты ко мне приставал, и она тебя бросит и: не даст.

— Милая моя, она-то мне отдастся, потому что она самая классная девчонка, которую я встречал. А рассказать ты ей можешь всё, что угодно. Если хочешь, я могу тебе назвать, кто она.

— И кто же?

— А ты вправду этого хочешь?

— Хочу.

— Очень сильно хочешь?

— Ты на что намекаешь? — говорит мне, делая неуверенную попытку высвободиться.

— Я никогда не намекаю и всегда говорю напрямую. Та, с которой у меня свидание, сейчас находится в моих объятиях и пытается убедить себя, что не хочет заниматься любовью. А я по глазам вижу, насколько тебе хочется преступить запретную черту и испытать, что это такое. К чему обсуждать парней с подружками, когда у тебя есть уникальная возможность всё узнать прямо здесь и сейчас?

— Слушай, я, кажется, мыла доску. Отпусти, — впоследствии я понял, что когда девушка в мужских объятиях говорит «нет», не пытаясь истерически вырываться и метаться во все стороны, то это на языке застенчивости значит «да».

— Я хочу тебя, как зверь. Я готов тебя съесть от вожделения, которое распирает меня изнутри. Ты ведь ощущаешь моё желание своим нутром, разве нет? Но это, милая, предчувствие того наслаждения, которое ты боишься испытать, — моя рука схватила её за ягодицу и стремительно поползла под юбку, в царство эрогенных зон.

— Не надо этого, прошу тебя, — голос её был полон волнения, но говорила она с трудом, удивляясь тому, что с ней происходит. Я массировал ей между ног всё, что попадалось мне в ладонь, которая уже проникла под трусы с прокладкой.

— Слова больше не нужны, теперь можно лишь сосаться и заниматься всем тем, на что только хватает смелости и фантазии. Дверь закрыта, никто не узнает о нашей маленькой тайне. Я безумно хочу тебя, — тут я схватил её губки своими губами и отправил язык в аппетитный ротик. При этом я прижал её тело к себе, почувствовав упругую девическую грудь, и слегка сжал ладонью её половые органы, чувствуя их сырость и жар.

Что лучше — женщина или статуя? Статуя без всяких лишних разговоров может отдаться и терпеливо перенести самые похотливые порывы, никому впоследствии не сказав ни слова. Но она за всё время совокупления не сделает ни одного вздоха и останется такой же холодной в конце, какою была вначале. А девушка — совсем другое дело. Она может и не хотеть заниматься любовью, однако стоит её посмелее развести — и она ломается, а потом ведёт себя так же распутно, как и опытная. Дело в том, что телесное желание начинает противоречить её мыслям о чистоте и непорочности, действуя как наркотик. Она может протестовать, но тело начинает выходить из-под контроля. Главное — идти напролом. Изысканно идти напролом.

На пол из её рук выпала мокрая тряпка, разлив вокруг себя небольшую лужицу. Девочка начала было мычать, ощутив, как мой язык ищет её, но потом, отдавшись своему проснувшемуся чувству, сплелась со мной своим языком и стала высасывать из меня воздух. Я тоже полностью отдался желанию и уже орудовал вовсю, ритмично лаская и массируя её всеми частями тела: руками, и ртом, и бёдрами. Это было похоже на танец. Возбуждающий танец любви. В этом танце она податливо позволяла себя вести к парте, с которой я скинул стулья, с грохотом упавшие на пол. Держа девочку за попку, я аккуратно усадил её на эту парту.

Если б она, сидя на ней минут сорок назад, только знала, что вот так всё произойдёт! Что я сниму с неё ненужную более кофточку и расстегну лифчик, обнажив аппетитные маленькие груди с розовыми сосками, что я стяну её чёрную юбку и трусики, оставив на ногах одни только чулки, и что я стану ласкать языком её грудь, плавно и неизбежно опускаясь всё ниже и ниже к эпицентру удовольствия. По мере того, как я путешествовал по её впалому животу, приближаясь к лобку, девочка дышала ровно. Ни разу в жизни не было передо мной такой открытой красоты, ни разу в жизни я ещё не видел расширяющихся девичьих бёдер настолько близко! Переживая мои ласки, девочка стала стонать и запрокидывать голову, а её дыхание участилось. На моих губах покорно трепетало самое ценное в мире сокровище, я раздвигал его и смотрел в эту манящую красную щель, через которую лежит путь к неземному счастью.

Раздевшись по пояс и спустив брюки, я прижал к себе мою девочку, а она обхватила меня своими ногами чуть выше бёдер так, что я почувствовал её влажное влагалище у себя на животе. Её тугие грудки упирались в мою грудь, и я всё крепче прижимал жаркое тело к себе, не отрываясь от её сладкого ротика. Я ощущал, насколько сильно хотелось засосать, впитать в себя всё её существо. Нам не хватало воздуха, и мы жадно дышали носами, наклонив головы набок, чтобы плотнее прижаться к губам друг друга. Девочка прижимала меня к себе, держась одной рукой за спину, а другой за шею. Напряжение было неимоверное, и она вдруг оторвалась от меня и, блестя глазами, шепнула: «Входи».

Я отпустил её, подтянул брюки и достал из них плоский ламинированный пакетик. Она, увидев то, что я делаю, кивнула мне и стала слезать с парты. Пока я накручивал презерватив на свой член, который из кожи вон лез от напряжения, девочка нагнулась над партой, обхватив её руками с противоположного края, и широко расставила ноги. Одной рукой я взял девочку за бёдро, а другой нацелил член в провисавшие половые губы и стал аккуратно всовывать его в мясистую кожную складку. Трудно было поверить в то, что происходит. Вдруг я уткнулся во что-то. Девственная плёва! Ещё сам не зная, с какой силой надо надавить бёдрами, чтобы пробить её, я сказал: «Потерпи, милая, это не больно» и, взяв её за ляжки поудобнее, осторожным движением протолкнул член поглубже. Плёва с лёгкостью порвалась. Девочка выдохнула набранный в ожидании воздух и протяжно застонала. Из влагалища капнула кровь. Чувствуя приближение оргазма, я крепче сжал её ляжки и стал плавно вводить и выводить член, не в силах уже остановить нарастающую в области паха волну. В самый последний момент я до предела ворвался в глубокое горячее влагалище, которое вдруг обхватило член своими мышцами и снова разжалось. Сперма брызнула в липкие сети презерватива. В это мгновение я изо всех сил вжался в девочку, судорожно прижимая её к себе руками и слушая, как она стонет от наслаждения, выгибая спину. Я наклоняюсь над её головой и тону в пышных длинных волосах, струящихся по изогнутой тонкой спине. Моё тело сотрясает сильнейший оргазм, и, пуская электрические токи в тело своей подруги, красиво выпятившей грудки, я безумно хочу продлить этот миг, в который она стала самым близким мне человеком на свете.

Когда всё кончилось, мы ещё некоторое время находились в этой позе, приходя в себя и успокаивая сбившееся дыхание. Потом она повернулась ко мне, робко взглянув в мои глаза, и положила голову на плечо. Я тихо шепнул ей, поглаживая рукой мокрые половые губы, повисшие под попкой: «Милая, я и не знал, что у нас так великолепно всё получится». Потом ласково взял её за шею, нашёл её сладкие губки и слился с ней в долгом поцелуе. Не отрывая своих губ от моих, она говорит: «Я люблю тебя» и ещё сильнее прижимается к моим губам.

Да, это короткое и нежное «я люблю тебя», о котором забывают многие неопытные любовники. Дело в том, что, когда проходит оргазм, любовник становится хуже импотента и, получив всё, чего желал, был бы не прочь хоть сквозь землю провалиться, лишь бы не видеть своей партнёрши, которая, почему-то, стала вдруг его очень смущать. Холод, следующий за страстью, становится причиной того, что до невозможного близкие мгновенье назад люди со страшной силой отдаляются друг от друга. Но не сигарета и не чашка кофе приводит в порядок истощённый организм, а волшебная фраза: «Я люблю тебя». Частенько однажды занимавшиеся любовью люди впоследствии стараются избегать друг друга и чувствуют себя в ужасном смущении, когда встречаются, а всё из-за того, что не было вовремя сказано «люблю тебя», так органически и так красиво завершающее жаркую сцену любви.

— Да, милая, я тоже тебя люблю. Очень, очень люблю, — говорю своей девочке, зная, что это было далеко не последнее и, возможно, не самое лучшее наше совокупление. — Ого, ну и разгром мы тут устроили: Похоже, придётся прибирать кабинет с самого начала.

— Да ну его, — говорит она мне, по-кошачьи захватывая мою голову в поцелуе. Я снова обнимаю её и крепко прижимаю к себе, сжимая в своей ладони её мягкие, мокрые половые губы.

Катенька
Нежданная встреча
Свадьба в городке. Катя и Коля.
Голубые коты
Зачет
Жарко… Снежно… Январь (Новый Год)
Дни рождения
Летняя история. Часть 4
Немемуары 1 (красота наХАУС )
Рыжая
Мания преследования
Немецкий с удовольствием
Эпизод не для настоящих мужчин
История одной аварии
Хочу втроем
Не люблю усатых
Атака
Безотказная давалка. Часть 3
Клиника размножения. Глава 1
На даче. Часть 4

Как я потерял невинность с мамой

Мне сейчас 22 год. Случилась эта история 2 года назад. Я живу с мамой,поскольку отец бросил нас когда мне было 6 лет. Она пыталась несколько раз наладить свою жизнь, но все не получалось. В какой то момент она “забила” на всё это и сосредоточилась на мне. Иногда она была даже чересчур жестка, но мне это потом пригодилось. Лет до 10-и она постоянно купала меня в ванной. При чем купала сама с ног до головы. Но однажды, во время очередного моего купания у меня встал член,да еще как встал. Она удивленно посмотрела на меня,как то криво усмехнулась,вручила мочалку мне и сказала, что дальше теперь я сам. Вот так я стал принимать ванную или душ один. Впрочем спину тереть, тем не менее, она всегда заходила еще лет до 16-и. Надо сказать что точно так же я тру ей спину до сих пор,если просит.

У меня никогда не было проблем с девчонками, но когда доходило до постели я всегда “соскакивал”. Я боялся подцепить какую-нибудь заразу,в том числе и по характеру. Почему то я чувствовал тягу к женщинам постарше. Мне нравилось то, что с ними всегда было интересно во всех отношениях. Однажды я с лучшей подругой мамы, а ей было уже 35, увлеченно болтал на набережной сидя на каменной плите и болтая ногами в воде. Мы ждали маму с работы, чтобы зайти в кафе и отпраздновать её повышение. Мама явно задерживалась и моя жопа явно задубела. Мама вскоре появилась,мы все отпраздновали, но на утро я почувствовал дискомфорт между ног,в промежности и на жопе. Кое как день отмучился и сумел доковылять до дома.

Дома я решил рассмотреть что у меня там. С большим трудом и используя мамино зеркальце для макияжа я сумел рассмотреть чири(гнойные угри). Я даже не представлял что делать. До больницы я точно бы не добрался. За этим занятием, со спущенными штанами меня застала мама. “Ты что мастурбируешь?” – спросила она,мне показалось даже как то слишком спокойно,как будто я при ней каждый день делаю то,о чем она подумала. “Да нет. И в мыслях не было.”- сказал я переворачиваясь на живот. -“Как ты могла вообще такое подумать!”- возмутился я. “А что я еще могла подумать застав своего сына лежащего на спине со спущенными штанами и занятым явно чем то интересным,и на столько, что меня даже не заметил.”- все так же спокойно ответила она. “В конце концов в твоем возрасте многие,если не все занимаются этим Чем ты хуже других?”- закончила она и посмотрела мне в глаза. Я все так же лежал на животе, но уже в штанах. Я хотле было встать,но или шов от брюк или еще что-то так теранул по чирю на жопе, что я непроизвольно вскрикнул. “Что с тобой?”- уже с тревогой в голосе спросила мама. “Да чири у меня по всей заднице и не только” – почти выкрикнул я. “Какие чири? Откуда?” – взволнованно спросила она. Ну я и рассказал как её на кануне ждали и я сидел на каменной плите, ну и повидимому, застудился. “Показывай”- строго сказала она”Что показывай?”- не понял я. “Всё показывай. С этим шутить нельзя!”- и она подошла к дивану. Я был смущен. Как то не очень хотелось ей показывать свое “хозяйство”. “Ты наверное забыл что я врач. Так что снимай штаны без разговоров и показывай.”- тоном не терпящим возражений сказала она. Я покорно лег на живот и аккуратно заголил задницу. “Ну ничего себе…” – удивилась она. -“А еще где? Показывай.” “Между ног.. Ну там,под яичками”- смущенно сказал я. “Ты не рассказывая, а показывай. Я почувствовал как кровь прилила к лицу,но перевернулся на спину предварительно спрятав член в руку(на сколько это было возможно) и раздвинул немного ноги. Она явно не обращала внимания на моё стеснение. “Шире раздвинь”- потребовала она, я подчинился.

Мама нежно одной рукой приподняла мои яйца и заглянула под них. От прикосновения её теплой и нежной руки я почувствовал возбуждение и член начал подниматься. “Да, плохо дело” – констатировала она. -“Снимай с себя все и лезь под одеяло. Я за аптечкой,” Она ушла на кухню за аптечкой, а я снял с себя все и забрался под одеяло. Через некоторое время она пришла с аптечкой, раскрыла одеяло и деловито уселась рядом. Я закрывал свой почти уже стоячок руками. Мама посмотрела на мои руки, на меня и улыбнулась.”Так и будешь от меня его прятать?”- как то мягко спросила она. “Угу”- ответил я. “Не получится. Ты мне будешь мешать,а мне нужна будет твоя помощь.” “Это как?” Что я должен делать?”- не понимал я. “Ты должен будешь обеими руками развести яички в разные стороны и попридержать их пока я сделаю то,что нужно и должно. Понимаешь? А потом перевернешься на живот и займемся твоей попкой” – успокаивающим тоном,глядя мне в глаза сказала она. Я понял что так на самом деле нужно. “Ну что, готов? Тогда давай,делай что я тебе говорила.” Я раскрыл свой уже сформировавшийся от всего этого стояк и растянул яйца в стороны. Мама улыбнулась покосившись на стояк и на меня и приступила к “операции”. Сначала она побрила вокруг чирей то и дело прикасаясь к моей мошонке и яйцам,что изрядно заводило. Потом приступила к “операции”. Временами было неприятно и больно, но вот все закончилось. “Переворачивайся”- скомандовала она. Я перевернулся и уперся членом в матрац. Еще минут десять ушло на мою задницу. Когда все было сделано я хотел уже перевернуться, но мама запретила, сказав что я могу сорвать повязки на попе и мне придется некоторое время,дня два-три лежать только на животе. Хреновая перспектива, но что делать, с доктором не поспоришь. Но как бы там себе ни было то обстоятельство,что мама меня видела всего буравило меня. А какие у нее нежные руки… В общем я не заметил как заснул. Утром меня разбудила мама и подсев ко мне на диван потрогала мой лоб проверяя температуру и скомандовала: “Ну, показывай своё “хозяйство”. Что там у нас изменилось за ночь.” Я раскрыл одеяло. Она сняла повязки и осмотрела мой зад. Потом она все так же молча обработала что надо и опять заклеила пластырем. Самое неприятное было когда она снимала этот пластырь. “Переворачивайся”- сказала она. За то время что она обслуживала мой зад, если так можно сказать, мой член уже успел “встать” во весь рост. К тому же я очень хотел ссать и уже довольно долго терпел. Я перевернулся и предстал во всей красе уже не закрываясь, а даже наоборот, как бы демонстрируя его во всей красе. Я следил за выражением её глаз. Мама явно была не готова.

Она удивленно изогнула бровь и посмотрела прямо мне в глаза. Я видел как напряглось её лицо и она нервно сглотнула. На виске учащенно пульсировала вена. Мама опустила глаза и сказала чтобы я сделал как вчера. Я молча все сделал. Я чувствовал как дрожат её руки и горячее дыхание на бедрах, когда она склонялась чтобы лучше разглядеть. Самое неприятное было когда срывала пластырь.Но это была мелочь по сравнению с ощущениями от теплых,ласковых и нежных рук мамы. Она закончила, накрыла меня,потом принесла завтрак. Я сказал что очень хочу в туалет по маленькому, на что она сказала чтобы я не дергался и подождал немного. Она удалилась и вернулась с хрустальной вазой(с широким пузом и узким горлышком) “Давай сюда”- сказала она глядя мне в лицо.”Что сюда?”- искренне не понял я. “Писай сюда. Все равно ты со своим стояком на унитазе не справишься, да еще по срываешь все повязки. А так ложись на бочок и давай, а я подержу.”- сказала она и откинула одеяло-” В конце концов я уже тебя всего видела и нечего тут стесняться, когда речь идет о здоровье! Я же тебе не “судно” принесла!”- строгим тоном сказала она.”Еще чего не хватало. Подыхать буду а срать на унитаз поползу”-ответил я и вставил член в вазу слегка оголив головку которую держала мама. Напор был такой,что если бы я делал это в унитаз,то зассал бы весь потолок и стены. Но как ни странно маму звук журчащей мочи и запах по ходу возбудили. Через легкую блузку я увидел как стали торчком её соски. Ваза быстро наполнялась, а конца не было и в помине. Я решил схитрить и стал сам потихоньку перекрывать “клапан”. В общем остановился в самый раз, а не то через край полилось бы. “Ну вот видишь и ничего страшного. Постарайся без лишней надобности не передвигаться по квартире. Скажи что нужно,я тебе все принесу и положу так,чтобы ты мог дотянуться.” “Хорошо”- сказал я и перечислил все что мне нужно. Она все принесла и ушла на работу.День тянулся как резиновый. Мне ужас как надоело валяться. Болели все бока.

Мама пришла с работы немного раньше чем обычно. Спросила как я,потрогала лоб и на всякий случай поставила градусник, переоделась, помыла руки,проверила градусник,удовлетворенно кивнула и пошла на кухню готовить ужин. Запахи распространились по квартире. Слюни буквально потекли по бороде. Мама умела готовить, но получалось у неё это крайне редко. В основном выручали полуфабрикаты. Потом она меня кормила чуть ли не с ложечки и мне это явно нравилось. Потом спросила не хочу ли я писять и я утвердительно махнул головой. Она вынесла уже налитую вазу,которую я спрятал за билкой дивана, чтобы нечаянно не разлить, и забыл.Слышно было как она её мыла,полоскала и так несколько раз. Я еще подумал зачем это, если опять в нее “дуть” буду. Но не тут-то было. Мама вошла с настоящей стеклянной уткой в руках, видно на работе взяла. Я отметил сходство утки с вазой и улыбнулся. Мама заметила это и спросила чего это я улыбаясь. Я рассказал. Она внимательно посмотрела на утку и тоже засмеялась. “Ты прав. А я ведь нит разу даже не обратила на это внимания, хотя чуть ли не каждый день сталкиваюсь с этими вещами. Ладно, давай. Сюда удобнее, да сосуд побольше будет.” Как и утром у меня уже довольно много собралось в мочевике и я открыл свой “кран”. Тот же напор,и то же журчание,но бес сдерживания. до конца. Воздух наполнился запахом мочи. Я украдкой наблюдал как и утром за мамой и её реакцией. Все повторялось. Я решил оголить головку почти до конца наблюдая за мамой. Член стоял как и утром. Глаза у мамы буквально вспыхнули и загорелись,лицо как то напряглось. Я оголили головку до конца и сжал рукой, потом отпустил отчего она побагровела и налилась еще больше. Мама нервно облизнула кончиком языка свои пересохшие губы. Я балдел от её реакции и своей бесбашенности. Упала последняя капля, мама как то странно посмотрела на меня и понесла выливать её в туалет.

Она шла, а я впервые смотрел на её как на женщину. Я увидел красивые стройные ноги, широкие женские бедра,упругие ягодицы бес тени целлюлита, узкую талию, покатые плечи, высокую все еще упругую грудь, длинную шею и красивое лицо. Она была действительно красивой женщиной 39 лет отроду. Только выглядела она гораздо моложе. Она до сих пор посещает фитнес и танцы в свободное от работы и дома время. Не знаю что она думала в этот момент, но перевязка прошла практически в гробовой тишине. Если бы не телевизор, то можно было бы подумать,что перевязывают покойника. Руки у неё явно дрожали и она несколько раз переделывала некоторые повязки. Когда я смог заглянуть в её глаза,то увидел в них какое то смятение,чего никогда раньше не было. Ночь была тревожная и я снил всякую хрень про себя и маму в оргии. Утром я проснулся сам. Мама уже сидела рядом. “Доброе утро”-улыбнулась она и поцеловала прямо в губы когда я приподнялся на локте. Я даже вздрогнул от неожиданности,но было очень приятно. “Ну что давай. Сначала писаем, а потом перевязываемся или наоборот?”- спросила как то ласково она. “Да без разницы”- ответил я. Она перевязала, явно не без удовольствия дотронувшись до моего “хозяйства” несколько раз. А потом подняла утку и стала ждать. Член естественно стоял,я сразу заголил головку и стал “дуть”, наблюдая как и раньше украдкой за мамой. На этот раз её лицо как будто светилось. Рот приоткрыт, язык периодически облизывает смыкающиеся и размыкающиеся губы. Грудь вздымается вверх-вниз, соски торчат. Я хотел её и где то в душе чувствовал,что она хочет меня.Может не самого меня, но вот мой член – точно! Я закончил. Она посмотрела на меня,потрепала по волосам и ушла выливать утку.Я лежал на боку, наблюдал за ней и в голове кружилась мысль что я хочу её. Она вернулась и поставила утку под диван.”Ну вот, если так пойдет и дальше, то завтра-послезавтра все пройдет.”- сказала она глядя мне в глаза и улыбнулась. Я не хотел чтобы все проходило. Мне так нравилось то, что происходило,что меня это даже огорчило. Это не ускользнуло от мамы. “Ты чего? Чего расстроился?” – с явным интересом спросила она. “Да так, ничего. Завтра поговорим.” – сказал я сухо и отвернулся. “Ну завтра так завтра”- сказала она,погладила по волосам и спине и пошла к себе в комнату. Прошло еще два дня по такому же сценарию с той только разницей что отношения между нами явно ухудшались и требовался разговор. Мама так и сказала, что когда придет вечером нам нужно будет поговорить.

Вечер, пятница. Мама пришла намного позже обычно и навеселе. Я весь день готовился к разговору. Думал что и как скажу,репетировал… у зеркала… Я хотел признаться ей в своей любви и желаниях. Но когда она вошла я понял что все придется отложить. Она сказала чтобы я разделся и показал ей больки (так она выразилась).Чего уж там. Я снял штаны и как всегда оттянул яйца. “Не надо” – сказала она-” Я сама” – она явно была под градусом. Она небрежно-нежно взяла их в руку и приподняла слегка оттянув одновременно перекатывая в пальцах. Я обалдел! Мама буквально содрала все повязки и сказала что я абсолютно здоров, хоть сейчас по девкам. С этими словами она внезапно как то очень быстро наклонилась и поцеловала мой член. Меня как будто оглушило. От неожиданности я просто онемел. Она посмотрела мне в глаза и сказала что везет той девчонке с которой я сплю. Я не выдержал и высказал ей все. И про то, что нет у меня девчонки, и про то что я люблю её, свою мать, и про то, что всё еще девственник несмотря на кучу поклонниц. Она с нескрываемым интересом смотрела на меня и казалось трезвела на глазах. Потом резко встала и не глядя на меня прошла в ванную. Я был в прострации. Тупа не знал что делать и так далее. Я уже собирался позвонить Светке и сегодня же трахнуть её, тем более, что она уже неоднократно намекала,как вдруг мама позвала меня. Я бросил телефон на диван и пошел в ванную. Она сидела голая в ванной. Вода лилась и пена скрывала уже её грудь.”Ты что то хотела?”- немного раздраженно спросил я. Она не отвечала. И когда я хотел повторить вопрос она сказала:”Потри мне спинку”- как то нежно и ласково попросила она. Я опешил,но почему бы и нет. Я молча подошел,взял её любимую мочалку в виде варежки, налили геля и уже хотел наклониться чтобы тереть спину, как она вдруг встала во весь рост и показала всю свою красу. Я остолбенел. Я видел её неприкрытую наготу и чувствовал как член рвется наружу.”Ну что стал, три” – улыбаясь сказала она. “Что тереть?” – промямлил я пытаясь изогнуть руку чтобы достать до спины,ведь мама стояла лицом ко мне. “Всё три. Что видишь,то и три.”- игриво говорила она. Я несмело мочалкой прикоснулся к её груди, торчащим соскам, она застонала. Потом начал гладить по животу не осмеливаясь опустить руку ниже. Она видела мою нерешительность. Схватила мою руку,стянула мочалку и приложила к соску. Он был твердый и уперся мне в ладонь. Сердце колотилось. Потом она опустила мою руку ниже и я коснулся половых губ, там было выбрито все в ноль, только маленький клинышек черных коротко подстриженных волос ощущались на лобке. Она ввела мой палец себе туда, во влагалище и застонала. Потом посмотрела на меня и скомандовала:”Раздевайся”- притянула за голову и поцеловала в губы долгим поцелуем. Голова закружилась, сердце стучало в ушах. Не помню как я разделся и как оказался в ванной рядом с ней, плотно прижавшись и целуясь в засос. Потом она ласкала меня. Минет был просто сказочный и я бурно кончил,даже закричал. Потом я ласкал её и её пипиську. Она на удивление была маленькая и очень аккуратная. Губки нежные и красивые. Клитор слегка выделялся как маленькая пуговка. Я все это ласкал целуя и покусывая, проникая языком как можно глубже и ощущая этот вкус женщины. Я делал все это под её чутким руководством и она кончила. Это было на самом деле классно. А потом мы пошли в её спальню,мама уложила меня живот и стала ласкать языком, дойдя до ануса она перевернула меня на спину и пальцами правой руки стала массировать между ног где то под яйцами. Член вскочил практически мгновенно. Он был как сухостой. Мама легла на спину, широко раздвинула ноги и сказала чтобы я поцеловал ее там. Я все сделал. Вскоре её киска стала очень влажной. Она потянула меня за уши двумя руками вверх,к себе. Потом перехватила за ягодицы притянула к лицу и стала лизать и сосать мой член. Изрядно смочив его своей слюной она только и сказала: “Входи. Теперь можно. Путь свободен.” И все так же за ягодицы вогнала меня в себя,но медленно и осторожно. Я почувствовал небольшую боль(как оказалось уздечка все-таки надорвалась чуть-чуть) а потом непередаваемый кайф. “Только не в меня”- сказала мама и отдалась мне полностью. Я чувствовал внутри буквально все. И когда вгонял по самую раму она невольно выгибалась и старалась как бы соскочить. Все продолжалось недолго. “Кончаю”- сказал я и вынял его наружу. Мама схватила его в руку, сделала несколько движений и сперма просто брызнула ей на грудь, а потом и прямо в рот. Она улыбалась и облизывала его как чупа-чупс. Ей явно это нравилось, и восторгало меня. В порыве я стал целовать ее лицо и руки. Я стал мужчиной. И пусть меня осуждают, но я нисколько не жалею и все так же люблю свою маму не только как маму… А девчонки есть. И я для них сексуальный гигант. Но они так не умеют. Им еще учиться,учиться и учиться…

Лишение невинности

Андрею недавно исполнилось 23 года. Был он небольшого роста, субтильного телосложения. Носил очки. Правда, очки были модные. Да и одевался он очень прилично. Потому что прилично зарабатывал.

Занимался Андрей арбитражом траффика. Что в переводе на обычный русский язык означало то, что он зарабатывал деньги в интернете, делая вебсайты.

Деньги он получал очень хорошие. Для трудовой деятельности страна проживания значения не имела. Поэтому то он и перебрался в Прагу.

Снял квартирку в спальном районе. Познакомился с такими же, как и он, русскоязычными вебмастерами. Стал регулярно посещать их пивные посиделки. По пятницам.

Всё у Андрея было хорошо. Всё, кроме одного. У него не было девушки. И не в настоящий момент её не было. А вообще. По жизни. Как то не получалось у него со слабым полом контакт наладить. Был он робким. Сидел себе за компьютером целыми днями. Невзрачный, в очках. Худой и с редкими волосами на голове. Вот и досиделся до 23 лет.

О этом как то в одну из пятничных посиделок Андрей и поведал своим друзьям. Выпив перед этим пол литра крепкого пива и прилично от этого охмелев.

Когда Андрей рассказал о том, что он девственник, за столом воцарилась тишина. Даже за соседними столиками народ на несколько мгновений примолк.

– Этого не может быть, – сказал Витя, здоровенный мужик 30 лет от роду, имеющий миниатюрную жену и троих детей.

– Может, – пьяно возразил ему Андрей, – только в интернете и видел, как это происходит.

Сидевший напротив Андрея Лёша, 20-летний жизнерадостный парень, поперхнулся пивом.

– Ты это серьёзно? – спросил он.

– Да, – ответил Андрей, – только вы не смейтесь.

– Мы не смеёмся, – сказал Лёша, – какой тут смех? Спасать тебя надо. Это же в голове не укладывается. Я моложе тебя, а с этим делом лет с 15 знаком.

– В бордель его надо отвести, – вдруг подал голос до этого молчащий Стёпа, самый старший из их компании, – там профессионалки работают. Лишат парня невинности и научат чему надо.

– Точно, – сказал Виктор, – в мой любимый, в центре, На Прикопе.

– Я не хочу в бордель, – попробовал отказаться Андрей, – я сейчас не в форме. Я выпил.

– Завтра пойдём, – сказал Стёпа, – сегодня и так хорошо сидим. А завтра сходим, на трезвую голову. А то если пьяный в этот гадюшник завалишься, то считай безе денег домой вернёшься.

На том и порешили. Допили пиво и разошлись по домам. Что бы на следующий день вновь встретиться. На Прикопе.

Андрей к этой встрече подготовился основательно. С утра он побрился. Очень тщательно. Потом сбегал в парикмахерскую. После стрижки зашёл в соседний салон, где две щебечущие вьетнамки сделали ему маникюр и педикюр.

После этого Андрей отправился домой. Где отгладил фланелевые штаны и белоснежную рубашку. А потом ещё и помыл пол во всей квартире. На всякий случай.

В 20-00 Андре был на месте. Не спеша подтянулись остальные члены их вебмастерской компании. Витя, Лёша, Стёпа и отсутствующий накануне Артур.

Зашли в дверь с вывеской Ночной Клуб. Разделись в гардеробе. Вещи у них взяла пожилая тётка в синей униформе. За сданные вещи выдала номерки.

– Как в театре, – прошептал Андрей.

Но сходство с театром на этом то и закончилось. Парни вошли в довольно большое помещение, утопавшее в полумраке. По бокам которого стояли уютные столики с диванами, отделённые друг от друга небольшими перегородками. Дверь в конце этой комнаты вела в другое помещение, где играла музыка и было видно, как на подиуме кто то крутится на шесте.

Их встретила женщина лет 40 в строгом костюме. Администратор. Она тепло поздоровалась со всеми. А Виктора даже поцеловала в щёку. Было видно, что он тут не в первый раз.

Сели за ближайший столик. Ребята взяли тарелки со стола и отправились в небольшую комнатку, расположенную сбоку от выходы в клуб. Там стояли столы с салатами, бутербродами и лёгкими закусками. Все набрали себе полные тарелки и расставили их за своим столом.

– А сколько это стоит? – спросил Андрей.

– Бесплатно всё, – с набитым ртом ответил Лёша, – вода и лимонады то же бесплатно. А вот алкоголь конских денег стоит.

И тут же заказал подошедшей официантке рюмку водки. Виктор и Степан ограничились огуречным лимонадом. Артур заказал бокал красного вина. Андрей подумал и попросил Колы. На несколько минут за столом стояла тишина, нарушаемая лишь звонами вилок и ножей. Перекусили.

– Вкусно, – похвалил Андрей невидимого повара.

– А то. Готовят тут хорошо, – подтвердил Стёпа, – пальчики оближешь. Хоть каждый день столоваться ходи.

Парни рассмеялись удачной шутке.

– Щас доедим и будем тебя невинности лишать, – продолжил разглагольствовать Лёша, – выберешь себе, кто понравится и вперёд. Потом втянешься в это дело. И поженишься в итоге.

– А ты сам то чего не женат? – спросил Андрей Лёшу.

– Да я женился в 18 лет, – замялся Алексей, – да до конца не оформили нас. Не получилось. После этого то и свалил в Прагу. Подальше от родственников и от несостоявшейся жены.

– Как это не получилось жениться? – удивился Виктор.

– Да я в универе учился, начал рассказывать Лёша, – в общаге жил. От родителей съехал. Ну и познакомился с одной девчёнкой, с параллельного потока. Шуры-муры, любовь-морковь. В общем, договорились с ней пожениться. Буквально на следующий день после моего 18 летия. Ей то на тот момент уже 21 год был.

– Интересное кино, – заинтересовался Виктор, – продолжай.

– Мои родители были против, – продолжил Лёша, – нет и всё. Ни в какую. Её поартачились, но всё таки согласились. Видят, я при деньгах, не дурак. Да и дочку, судя по всему, сбагрить из дома хотели. В общем, подали заявление. Я оплатил ресторан, купил кольца. Ирка платье купила…

– Ирка, это кто? – перебил Лёшу до этого молчавший Артур.

– Ирка Иванова, это моя невеста несостоявшаяся, – пояснил Лёша и продолжил, – всё было нормально. До последнего дня. Накануне бракосочетания я что то начал нервничать. А я когда нервничаю, на меня жор нападает. Ем всё подряд.

– Такая же фигня, – опять подал голос Артур, – жру, как ненормальный. Стресс едой пытаюсь заглушить.

– Вот и я попытался стресс едой заглушить, – сказал Алексей, – слопал всё, что было. И ночью ещё за добавкой побежал в ночной магазин. Набрал бобов в томатном соусе. Люблю я их. Ну и натрескался на ночь глядя. И позавтракал ими же.

– Не пронесло? – участливо поинтересовался Витя.

– Не пронесло, – ответил Лёша, – вот только перед самой регистрацией меня пучить от этих бобов стало так, что мама не горюй. Я вначале на воздух бегал, типа покурить. А потом уже нельзя было. Гости. То да сё. В общем, беру невесту под руку. Марш Мендельсона. Все нарядные. Все волнуются. Заходим в зал. Стоим. Тётка за столом рассказывает про нашу будущую счастливую жизнь. А у меня живот распирает. Я её вполуха слушаю. Прислушиваюсь к себе, что там у меня внутри творится. Тётка спрашивает – берёте Ирину Владимировну в жёны? А я что то этот вопрос пропустил. Стою, молчу. Шевельнуться боюсь. Невеста мне локтём в бок. Что бы я хоть что то ответил. Ну, я вместо слова да газ и выпустил. Громко так, протяжно.

Ночной клуб содрогнулся от хохота. Смеялись все. Даже обычно невозмутимый Степан слез с диванчика, держась за живот. Только Алексей не смеялся.

– Вам весело, – сказал он, – а я еле ноги унёс. Её отец реально мне шею обещал сломать, если встретит.

К столу подошла администратор.

– Веселитесь, мальчики? – спросила она, – анекдоты рассказываете?

– Истории из жизни, – хохотнув, ответил ей Виктор, – у нас тут в компании девственник затесался. Сможешь нам помочь? Надо молодую и горячую девочку. Что бы у парня на всю жизнь только приятные впечатления остались.

– Всё сделаем в лучшем виде, – сказала администратор, – пусть сам выберет себе спутницу. Я сейчас позову девочек. А кто у нас девственник? Он?

И она ткнула пальцем в Андрея.

– Я, – смутился тот, – только я по чешски плохо говорю.

– Ну, во первых, тебе не разговаривать с девушкой надо будет, а кое что другое делать, – положив Андрею руку на плечо, сказал Степан, – а во вторых, тут в основном украинки работают, по русски говорят.

Администратор кивнула. Куда то вышла. Вернулась через пять минут с пятью молодыми девушками, одетыми только в трусики и бюстгалтеры. Три блондинки, одна рыжая и одна брюнетка.

– Выбирай, – кивнула Андрею, – самые лучшие. Золотой фонд нашего клуба. Только для вип персон.

И отошла в сторону. Что бы не мешать Андрею рассматривать пять молодых улыбающихся женщин. Андрей рассматривал недолго.

– Вот эта, – ткнул он пальцем в стоящую крайнюю слева в ряду высокую блондинку.

– Очень приятно, – просияла блондинка, – меня Мальвина зовут. Будем дружить?

– Хороший выбор, – одобрительно буркнул Виктор, – только она чуть выше тебя. Но в постеле это не так заметно.

И, довольный, расхохотался своей же шутке.

– Мне не нравится имя Мальвина, – вдруг сказал Андрей, – как у куклы.

– Не хочешь Мальвиной, назови по другому, – откликнулась блондинка, – главное, что бы тебе имя нравилось.

Она подошла к столику и села рядом с Андреем, бесцеремонно потеснив Степана. Пахло от блондинки сладкими духами и немножко потом. Андрею вдруг стало жарко.

– Можно я буду вас звать Ирина Александровна? – попросил Андрей.

– Конечно можно, – кивнула блондинка, – просто по имени или с отчеством?

– С отчеством, – подтвердил Андрей, – Ирина Александровна.

– Хорошо, – сказала блондинка, – у нас с тобой пол часа времени. Деньги надо отдать нашему администратору. Пять тысяч крон или 200 долларов. Можно карточкой оплатить.

– У меня наличные, – внезапно вспотев, сказал Андрей, – идём. Я готов.

– Училка твоя, что ли? – спросил вдруг Виктор, – Ирина Александровна которая.

– Да, по химии, – ответил Андрей, – я в неё влюблён был. Она очень красивая и на Мальвину похожа. То есть, Мальвина на Ирину Александровну похожа.

– Даааа, – мечтательно произнёс Виктор, – я тоже в школе влюблён был. В физрука нашего.

За столом стало тихо.

– У нас физруком женщина была, – пояснил Виктор, – молодая, только что с института.

– Не слушай его, – сказал Артур, – иди давай. И возвращайся настоящим мужчиной.

Андрей кивнул. Вылез из за стола. Подошёл к администратору и отдал ей 200 долларов. О сумме его накануне предупредил Виктор. После этого администратор отвела Андрея и новоявленную Ирину Александровну на второй этаж. Они прошли по длинному коридору, выкрашенному в синий цвет. Администратор ключом открыла предпоследнюю дверь и пригласила Андрея и блондинку зайти.

– У вас пол часа, – напомнила она им и, пожелав удачи, удалилась.

За дверью оказалась однокомнатная квартира с большой кроватью и барной стойкой в углу комнаты.

– Милый, – сказала блондинка, – я в ванную. Ополоснусь и обратно. Налей нам что нибудь выпить пока.

И упорхнула в соседнюю комнатку.

Андрей порылся в баре. Налил в два бокала минералки. Поставил их на прикроватную тумбочку. Походил по комнате. Присел на стул.

Блондинка появилась спустя несколько минут, завёрнутая в большое полотенце.

– А вот и я, – сказала она, – иди в душ. Помойся. И сразу приступим. Вещи можешь там на стульчике оставить.

Андрей вскочил. Хотел что то сказать. Но лишь кивнул. Протиснулся между кроватью и девушкой. Вошёл в соседнюю комнату. Комната оказалась совмещённым санузлом. В котором присутствовали унитаз, писсуар, биде и душевая кабинка. На крючках, прибитых к двери, висели парочка полотенец и халат.

Андрей не спеша разделся. Зашёл в душевую. В ней было мокро. Пахло мылом и свежим женским телом. На полочке стояли два небольших пузырька. Обычно такие пузырьки стоят в отелях. В ванных комнатах. Андрей изучил этикетки. Одна из этикеток утверждала, что внутри жидкое мыло. На второй было написано про кондиционер для волос.

Андрей завернулся в полотенце. Вышел из ванной комнаты. Блондинка лежала в кровати под одеялом и читала какой то глянцевый журнал.

– Ты готов, мой хороший? – мурлыкнула она Андрею.

– Нет ещё, – ответил тот, – а где шампунь можно взять?

– Посмотри в шкафчике рядом с душем, – после паузы сказала блондинка.

– Хорошо, – кивнул Андрей и закрыл дверь.

Шкафчик оказался забит разноцветными пузырьками. Судя по всему, они были с разных отелей. Шестой из них оказался с шампунем. Андрей захватил его с собой в душевую.

Не торопясь помыл волосы. Ополоснул их. Опрокинул на себя пузырёк с кондиционером. Опять прополоскал волосы. Пахло приятно.

Андрей вылил на себя жидкого мыла. Намылил тело. Стал под душ. Тёплая вода смывала с него пену и грязь. Было хорошо и приятно. Андрей зажмурился. Сразу же, как по команде, у него перед глазами возникла Ирина Александровна. Его любимая учительница. В строгом деловом костюме. Единственную вольность, которую допускала она в гардеробе, были колготки. Каждый день разные.

Андрей вспомнил, как пытался написать учительнице письмо, но вовремя одумался и не стал его посылать. Как замирал на уроках, когда его вызывали к доске. Как после уроков проводили опыты в кружке по химии…

Андрей открыл глаза. Выключил воду. Вышел из душевой кабины. Взял с вешалки большое махровое полотенце и тщательно вытерся. Достал из уже знакомого шкафчика фен и тщательно просушил голову.

Одежду он аккуратно сложил на стульчике, стоящем возле биде. Подумал, надевать трусы или нет? Решил просто завернуться в полотенце. Надевать чужой халат как то не хотелось.

Андрей закутался в тёплый махровый кусок белой ткани. Глубоко вдохнул и вошёл в комнату к своей Ирине Александровне.

– А вот и я, – сказал он лежащей на постеле девушке.

– Привееееет, – протянула она.

В этот момент раздался осторожный стук в дверь.

– Войдите – крикнула блондинка.

Дверь растворилась и на пороге возникла администратор.

– Мальвиночка, – сказала она, скользнув взглядом по Андрею, – к тебе твой вьетнамец пришёл. Одевайся давай.

– А я? – спросил Андрей, – я же ещё не того. Я только собрался.

– В смысле только собрался? – удивилась администратор, – уже тридцать две минуты прошло. За это время несколько раз невинность можно было потерять.

– Он в душе проторчал, – сообщила блондинка, протискиваясь мимо Андрея в ванную комнату, – голову зачем то мыл. Я чуть не уснула, пока его ждала.

Андрей заворожённо проводил взглядом нагое женское тело. Которое должно было быть его. Но не стало.

– Ничего не знаю, – сказала администратор, – было оплачено пол часа. Время прошло. Чем ты занимался, это твоё личное дело. Ща Мальвина выйдет, одевайся и освобождай помещение.

– Хорошо, – сказал Андрей, пропуская уже одетую Мальвину.

Он вернулся в ванную комнату. Быстро накинул на себя свою одежду и спустился к товарищам.

Они сидели всё там же. Не было Артура. А на коленях у Лёши сидела какая то маленькая черноволосая девушка.

– Ну как? Понравилось? – спросила компания у Андрея.

– Нет, – ответил тот честно.

– Почему? – удивился Степан.

– Да я пока мылся, время закончилось, – промямлил Андрей, – и у нас ничего не было. Время вышло. 30 минут быстро пролетели. Я же не знал, что 30 минут, это на всё. Ну я и в душевой задержался.

На несколько мгновений над столом повисла гробовая тишина. Которую нарушил Виктор. Он захрюкал, схватился за живот и откинулся на спинку дивана.

– Вот дал бог мне приятелей, – сквозь смех прорыдал он, – один пердит на свадьбе, другой моется за 200 долларов. А-ха-ха-ха.

Степан с Лёшей то же засмеялись. Даже незнакомая девица, сидящая на коленях у Лёши, захихикала тоненьким голосом.

– Да ну вас, дураков, – рассердился Андрей, – не объяснили ничего, а теперь ржёте.

Он развернулся и ринулся вон из этого противного ночного клуба.

На улице вызвал такси. Доехал до дома.

Поужинал. Посмотрел по интернету в записи передачу Давай поженимся. И лёг спать.

Рубрики: Статьи

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *